Новости Нижнего Новгорода. Люди, места, события. Использование материалов "Репортёр-НН" разрешено только с предварительного согласия правообладателей. Все права на картинки и тексты принадлежат их авторам.
![](/style/promo_link.png)
Постоянный автор «Репортёра-НН» Илья Мясковский, ожидающий исхода суда по своему делу о «дискредитации армии», успевает побывать на судах других нижегородцев, оказавшихся неудобными власти. Очередной пример – возбуждение уголовного дела против Глеба Калинычева. Накануне суд избрал ему меру пресечения в виде заключения под стражу на два месяца. Дальше – рассказ очевидца этого заседания Ильи Мясковского.
Я хотел написать для блога статью о царских жандармах, об их судьбе после Февральской революции. Но события вносят в мои планы столь суровую поправку, что всё отодвигается в сторону.
6 сентября «фейсы» вломились в 6 часов утра в квартиру моих очень близких знакомых – Калинычевых. Людмилу вы знаете, как минимум, по задержаниям на пятничных мемориалах Ирины Славиной. Она там над ментами чуть ли не смеётся, прямо в лицо. Дима и Глеб «намозолили глаза» плакатами всей Покровке и подписчикам в сетях за последние десять лет. Один помоечный канал, связанный с ЦПЭ, написал – мне рассказывали, – что плакаты у них просто за всё хорошее и против всего плохого. Нет, была там одна простая линия или связь: в защиту политзаключённых и преследуемых выходили обычно Калинычевы. Но чуваки из ЦПЭ иже с ними этой логики «не поняли», себя в зеркале не узнали. Не буду углубляться в их извращения – двинемся дальше.
Глеб и Дмитрий Калинычевы
Вломились 6 сентября без стука, дверь взломали. Наверное, хотели тёпленькими взять. Надеюсь, вы выключаете на ночь все гаджеты, выходите из аккаунта в мессенджерах и сетях, а все входы у вас запаролены. Просто назло этим любителям острых ощущений, как зубы перед сном почистить.
Видимо, им просто «по кайфу» человека поймать внезапно, схватить и … А дальше что? Допустим, террорист готовил взрыв, он с перепугу расколется и обо всём расскажет. Но Калинычевы … К ним же по моему делу осенью прошлого года дважды приходили, какая тут внезапность? А следователь ещё жалуется в суде: выдали Глебу загранпаспорт, а мы его найти нигде не можем. Наверное, если б в три часа утра вломились, то сыскали бы?
И в чём Калинычевым с перепугу признаваться? А наручники на них сразу надели. В том, что копали туннель из Нижнего в Китай? Выгребли «опера» на всякий случай всё, что хоть отдалённо казалось им компроматом. Какие-то наклейки проукраинские, магниты на дверце холодильника…
Дело в том, что Людмила Калинычева родом из Енакиева, ныне являющегося частью ДНР. Украинский вопрос в этой семье … Он попросту не стоит, от слова «совсем». Её сестра уехала из ДНР на запад сразу, в 2014 году, – об этой категории беженцев я от поклонников СВО не слышал. А любые дальнейшие пояснения об отношении Калинычевых к конфликту тянут опять на статью о «дискредитации». Отмечу лишь, что обыски и арест в этой семье касаются и украинской темы.
Однако мотивом для обвинения на этот раз стали пожертвования в адрес Навального и его структуры*. Суммы, перечисленные Глебом для ФБК*, потрясают – целых 1899 р.
Рассказывают, что Плевако однажды произнёс блестящую речь в суде – в защиту одной старушки, «заимствовавшей» у соседки на кухне чайник.
«Тысячелетие, – говорил адвокат, – терпела Россия нашествия половцев и печенегов, поляков и татар, шведов и французов, едва ли не всей Европы. Но теперь, от кражи этого чайника, Россия погибнет!»
Так же и здесь – донаты в 1899 рублей потрясают путинское государство. Хотя все знают, что только бумага по этому делу обойдётся дороже. Нет, всё по-взрослому: зондер-команда со взломом, наручники, конвой в балаклавах, настоящее уголовное дело и адвокат, листающая его в секретарской комнате.
В заседании по мере пресечения Кристина Тюрина, защитник обвиняемого, заметила, что последнее деяние, трактуемое следователем в качестве преступного, совершено Калинычевым в январе прошлого года. Почему ФСБ устроила облаву именно сейчас, остаётся под вопросом. Аналогичные обыски и аресты прошли одновременно в нескольких городах России. Значит, предположения о мести именно семье Калинычевых следует отбросить. Хотя, конечно, арест младшего сына – это удар и по матери, которая столь гордо вела себя до сих пор перед полицией. Пусть побегает-ка в СИЗО с передачками – сразу гонора поубавится, и свободного времени тоже.
Думаю, вся женская половина читающих понимает, что значит для матери потеря сына, с которым она жила вместе.
Для начала друзья приехали на ул. Черняховского и починили дверь, которая после визита гостей из ФСБ просто не закрывалась. Бог даст, и дальше с помощью задержки не будет – просто потому, что Калинычевы – милые и добрые люди. Которые сами готовы откликнуться на любую беду.
Адвокат заметила, что в доме у них обитают раненые животные, которых подобрали на улице. Я лично видел в своё время ворону и сороку, очень милых, хотя и потрёпанных, не желавших позировать фотографу. Конечно, доброту обвиняемого суд «не заметит», зачем же об этом? А просто в пику тем помоечным каналам, которые пытаются оболгать активистов.
К слову сказать, не было в ходе обыска найдено ни долларов, ни гривен, ни евро, ни даже шиллинга или цента. Никакой связи с Западом и СБУ, которые приписывают нам беззастенчивые лгуны. Они бы предпочли дело просто замолчать и расправиться с Глебом по-тихому, но новостные каналы федерального уровня об этом написали – спасибо ОВД-Инфо*! – приходится теперь «помоечным» врать по-чёрному.
Вечером 7-го числа изволили неприступные органы показать публике своего задержанного – в суде по «избранию меры пресечения». Выбор уже, конечно, был давно сделан – и совсем не в здании, именуемым «суд». Сами «законодатели», принявшие добавкой в УК статью 282.3, предполагали – если был у них мозг и желание его использовать – арест в качестве меры пресечения, поскольку максимальное наказание прописано там от 3 до 8. Возможен и штраф, без лишения свободы, поэтому адвокат ходатайствовала хотя бы о домашнем аресте. Но если написал следователь в постановлении такую статью, и есть в ней санкция – более 3 лет, - то любой судья спокойно отправит человека в тюрьму, полистав для приличия материалы дела, выслушав адвоката и его свидетелей. Есть в УПК соответствующая 108-я статья – проверьте, если я неправильно толкую.
А ежели вы за этаких депутатов, которые «экстремистскую» статью приняли, не голосовали – и я тоже, – то в «органах» это никого не волнует. Правда, на то и поставлен судья, чтобы конкретные обстоятельства дела учесть – например, ничтожность перечисленных Калинычевым сумм. Он для того и носит мантию, чтобы миллион баксов от тысячи рублей отличить, с соответствующим выводом, иначе б можно было задачу роботу поручить. Но судья Юртов против "фейсов" не пошёл, его дома, наверное, семья ждёт и работу терять не хочется.
Само заседание заслуживает некоторого описания. Назначено оно было на 17-00. Это время окончания работы учреждения. Значит, в 17-00 вас в суд охрана не пустит, и руководство конторы именно на это и рассчитывало. Наша «группа поддержки» тоже люди опытные, приехали заранее, ожидали разрешения в самом вестибюле, чему скучающий пристав не препятствовал, досмотрев пришедших со всей строгостью. Судья Юртов явил неожиданно милость – не без стараний чудесной Кристины Тюриной, защитницы Глеба – и допустил всех слушателей на заседание, хотя и началось оно после пяти. Наталья Резонтова приехала ровно в пять и встретила всю решительность пристава, хотя заседание ещё не началось. Она и вынуждена была испытать на себе эту маленькую подлость администрации: её в суд не пустили. Не велика потеря – не слышать мудрого гласа судьи и пошлых объяснений следователя. Любое заседание когда-нибудь заканчивается, и можно потом на выходе с людьми поговорить, что прекрасная Резонтова и сделала.
Мы, к тому же, увидели Глеба. Небритый, похудевший, уставший. Руки держит вместе, спереди или за спиной – как будто привык уже к наручникам, хотя в зале суда их сняли. Молчит, как партизан, – это у него всегда. Если нередко говорят адвокаты, что арест есть способ давления на обвиняемого, то в случае с Глебом, уверен, «фейсы» ни одного звука от него лишнего не услышат. Конечно, возможность перекинуться парой слов с матерью и братом его оживила. Глаза потеплели, семья была снова в сборе… Правда, за спиной сбоку сидели конвойные в балаклавах, но молча.
Ещё один охранник, в футболке с надписью «Россия», сидел напротив. Бицепсы напоказ, стрижка полубокс – орёл. Оказалось, что это некто Кузьмин, он замещает в процессе прокурора, а вовсе никакой не конвойный. Он даже несколько слов судье в нужный момент сказал, вроде «Не возражаю». Помните, цезарь Калигула думал коня римским сенатором сделать – чем же российская прокуратура хуже? Замечание ему было высказано одним из наших, причём, признаюсь, очень резко. Кузьмин ответил, что отвечать не обязан, и вышел из зала, не дожидаясь решения Юртова.
Собственно, всё это заседание не стоило бы внимания, если б мы не увидели Глеба и не встретились вместе. Десять человек приехало за семь вёрст киселя хлебать – а следователь Колесников уверял суд, что никаких социальных связей обвиняемый не имеет. Удерёт, мол, в любой момент от заслуженной кары, а мы надеемся на него ещё материальчику найти. Вот это последнее замечание может иметь свои последствия, потому что по одной-единственной статье «органы» людей сажать не любят. А насчёт социальных связей – какую же вам ещё «связь» надо, как не любовь к матери? Это Кристина верно в суде заметила. Нет, заложников им надо – такое у нас государство. Мстительное и недоброе.
Если вы вздумаете как-то в этом деле поучаствовать, то, наверное, лучше всего «донатить» ОВД-Инфо*: сейчас именно они на оплату адвокатов средства собирают. Наш НПКК – Нижегородский Политический Красный крест – скорее по части передачек в тюрьму. И информационно.
Не зря же я эту статью пишу. До встречи, до связи
И.М.,
08.09.23.
*ФБК провозглашён в России экстремистской организацией, ОВД-Инфо – иноагентом.
Помочь сайту